Описание (клик - развернуть/свернуть):
Готэм, начало 1980-х годов. Комик Артур Флек живет с больной матерью, которая с детства учит его «ходить с улыбкой». Пытаясь нести в мир хорошее и дарить людям радость, Артур сталкивается с человеческой жестокостью и постепенно приходит к выводу, что этот мир получит от него не добрую улыбку, а ухмылку злодея Джокера.

В «Джокере» соавтор сценария Тодд Филлипс предлагает на суд публике собственное видение одного из самых культовых злодеев в истории. По-настоящему его Джокера зовут Артур Флек – это выдуманное режиссёром имя, поскольку как такового каноничного имени у персонажа никогда и не было. Да и в целом, Джокер не имеет устоявшейся и однозначной истории. Интерпретаций его зарождения много, где-то он и вовсе выступает таинственной фигурой без предыстории. И с одной стороны, идея снять фильм про то, как, собственно говоря, Джокер стал зловещим клоуном-убийцей безумно интересна, а с другой – окутывающая персонажа завеса тайны лучше всего всегда работала на его пугающий образ. В этом вопросе режиссёру было важно найти баланс, который, отчасти, он нащупал в Артуре Флеке.

Сам же Артур Флек, в грандиозном перформансе гениального (теперь уже навеки) Хоакина Феникса, одновременно напоминает всех тех Джокеров, которых большой экран уже видел, и нечто совершенно другое, пришедшее скорее из комиксов. Основа персонажа осталась такой же, как и всегда. Джокер в фильме Филлипса всё такой же сумасшедший психопат, представляющий из себя главную опасность не только для Готэма, но и для всех членов семьи Уэйнов. Кардинально отличается Артур Флек лишь тем, что его трансформация в Джокера занимает не просто центральную роль во всём фильме, но ещё и возведена в такой уровень абсолютного зла, что смотреть за ним становится по-настоящему страшно.

Джокер вызывает не симпатию в отношении себя, а скорее жалость. Он не говорит заведомо культовыми цитатами, он не развлекается, он не пытается кому-то что-то навязать или доказать, он просто действует, исходя из своих личным мотивов и целей. А мотивы у него весьма простые и по-человечески трагические: всю жизнь Артура никто не слышал, об него вытирал ноги Готэм, он был никому не нужен, забыт и осуждён общественном, относящимся к психически больным людям с неким скептицизмом. В этом вопросе режиссёр кидает Джокера не в чан с химикатами, а в общество, живущее в городе, в котором процветает капитализм, чьи идеи и старается подрывать Филлипс, показывая, что из всего этого может родиться и выбежать на улицы, заведомо разукрасив себя.

Готэм в фильме не выглядит как мануфактура, которую смог выстроить давным-давно Бёртон, и что отчаянно старался, но так и не смог создать Нолан. У Филлипса Готэм, из-за не самого большого бюджета, выглядит как Нью-Йорк, но с жёсткими социальными рамками. В районах, где проживают обычные люди и сам Артур, на улицах постоянно валяются мусорные мешки в таких неисчислимых количествах, что горожане день за днём устраивают акции протеста. Более того, через призму самого Артура режиссёр подчёркивает безразличие или скорее даже привычку города к насилию. Никого не смущают крики женщины ночью в переулке, никто не замечает стрельбу и уж тем более никто не придёт на помощь, поскольку из-за временных рамок картины, будущий Бэтмен ещё ребёнок. А это значит, что полиция как бы есть и как бы её и нет, ловить преступников она предпочитает уже после совершения преступления или же тогда, когда под угрозой находится жизнь богатого и влиятельного человека вроде Томаса Уэйна.

Идеальные условия, чтобы в них появился Джокер – человек с вагоном психологических и физических заболеваний. Авторы старались сделать своего героя как можно реалистичнее, логично объяснив даже самые комиксовые детали героя. Так, например, фирменный смех Джокера – это болезнь, недуг, портящий жизнь и с которым Артуру Флеку приходиться справляться раз за разом, из чего он напоминает всем фрика и, как следствие, грушу для битья. Сама же трансформация Артура в Джокера преподнесена с немного нестандартного для персонажа подхода. Артур не совсем превращается в клоуна-убийцу.

Режиссер переписал всю историю Джокера на свой лад. Его герой - хронический неудачник. Обиженный дядька с интеллектом ребенка, страдающий неконтролируемым приступом смеха во время стресса. Из-за таких особенностей он регулярно получает по голове ни за что и постоянно ощущает давление окружающего мира. Таким образом режиссер хотел показать, до чего такая несправедливость может довести маленького человека. Пожалуйста. Имеет право. Но вот проблема. Его персонаж, практически до самого финала, не борется с ситуацией. Даже после первой поворотной точки изменения не происходит. Джокер всё тот же инфантильный, наивный персонаж без намека на критический склад ума. Утопая в депрессии, он часто ведом ситуацией. Но мы-то с вами знаем. Он не такой. Он криминальный гений, яркий психопат-убийца, и режиссер пользуется этим пролепсисом. Потому мы смотрим фильм до конца. Чтобы увидеть эту окончательную трансформацию. Увы, но весь путь героя-это набор случайностей и роялей в кустах, где сюжет двигает персонажа, а не персонаж – сюжет. Кульминация же вообще выглядит нарочито искусственно, где выпуклость конфликта оказывается важнее здравого смысла. И всё для того, чтобы уже дать наконец-то зрителю того, что он хочет.

Если бы фильм назывался не «Джокер», мы бы видели перед собой затянуто-скучную драму. С финалом, где неудачник случайно оказывается символом массовых беспорядков, абсолютно ничего не осознав. Да и плевать он хотел. У клоунов и лузеров своя аудитория.

А играет это лицо тот, кто по-хорошему, как и Филлипс, заслужил и для себя самого приз в Венеции, но не смог получить его из-за спорных правил фестиваля: фильм-победитель не может учувствовать в актёрских номинациях. От Хоакина Феникса все ждали чего-то великого, и это великое получили. В энергетике Джокера есть что-то от главного героя «Мастера», исполненного так же Фениксом, которого он усовершенствовал, доведя местами до абсурда и полнейшего безумия. То, как говорит Феникс, двигается, жестикулирует и смотрит на окружающий мир – завораживает, но отнюдь не привлекает. Артуру хочется помочь, но память о том, что лучше этого не делать, берёт вверх каждый раз, когда Хоакин Феникс начинает смеяться в кадре – что-то больное и дьявольское в этом всём есть.

Джокер – это чуть ли не одна из лучших работ Феникса в его карьере. Он удерживает всё внимание зрителей на себе, не позволяя им отвернуться от экрана даже тогда, когда персонаж с особой жестокостью начинает расправляться со своими жертвами. Его Джокер особо не разглагольствует, он просто берёт и делает, делает со всей аморальной искренностью и наслаждением, превращая лицо человека в кровавое месиво. Языком ультранасилия и раскрывается в первую очередь Артур – он человек, который хочет быть услышанным. У него огромное количество проблем. Самое страшное в этом то, что он это понимает, но не окружающие. И здесь режиссёр проводит черту между крайностями общества: психически больных людей либо затыкают, предпочитая сбрасывать их со счётов, или возводят к культ, позволяя им становиться лидерами мнений.

По своей структуре «Джокер» – это кино про антигероя сегодняшнего дня. Артур антигерой лишь потому, что в нём есть светлая сторона, которую из раза в раз подавляет окружающее его общество. Но она всё же есть, хоть и проявляется в весьма агрессивном ключе. В этом плане очень сильно заметен Мартин Скорсезе – главное вдохновение Филлипса. Из наиболее очевидных референсов в «Джокере» мелькает несколько раз «Таксист», которого персонажи фильма чуть ли не языком жестов цитируют. На огонёк так же записывается и сам визуальный стиль раннего Скорсезе с его зелёно-жёлтыми тонами и мрачными улицами грязного города. А соединяет «Джокера» с работами Скорсезе сам Роберт Де Ниро, напоминающий наиболее коммерциализированный вариант самого себя из «Короля комедии».

«Джокер» – ультразверское авторское кино, обречённое на культовый статус. Лучший фильм Тодда Филлипса в его карьере уже перевернул вверх дном кинематографическое сообщество, показав то, чем комиксы были и должны быть всегда. Сегодня супергеройское кино больше старается походить на детское развлечение, в то время как у их истоков стояли серьёзные темы и проблемы. И если смотреть на работу Филлипса с этой стороны, тогда получится с оскалом на лице закричать, что «Джокер» – идеальный супергеройский кинокомикс, доказывающий, что этот жанр продолжает развиваться на больших экранах и что с ним ещё можно экспериментировать и экспериментировать.

Интересные факты:

Боссы студии хотели, чтобы роль Джокера исполнил Леонардо ДиКаприо. Среди других потенциальных исполнителей этой роли были Брэдли Купер, Джейк Джилленхол, Адам Драйвер, Джеймс Франко, Уилл Поултер, Дэн Стивенс, Пол Дано, Калеб Лэндри Джонс, Иван Реон и Билл Скарсгард.

Для роли Джокера Хоакин Феникс похудел на 24 килограмма и месяцами репетировал разные виды смеха.

На Венецианском кинофестивале демонстрировалась версия фильма продолжительностью 118 минут. По окончании показа фильма зрители устроили ему 8-минутную стоячую овацию.

Меньше чем за месяц с начала мирового проката «Джокер» стал самым кассовым фильмом с рейтингом R в истории.

Шутка Джокера: «Когда я был маленьким мальчиком и говорил людям, что собираюсь стать комиком, все смеялись надо мной, а теперь никто не смеётся», вдохновлена высказыванием покойного британского комика Боба Монкхауса: «Люди смеялись надо мной, когда я говорил, что хочу стать комиком. Теперь они не смеются».

При подготовке к роли Джокера Хоакин Феникс изучил движения и мимику звезд немого кино Бастера Китона и Рэя Болджера.

Чтобы сохранить производство фильма в секрете, во время съёмок рабочим названием картины было «Ромеро». Возможно, это отсылка к Сесару Ромеро, который тоже сыграл Джокера.

Готовясь к роли, Хоакин Феникс читал про различные расстройства личности. Он хотел показать Джокера так, чтобы даже психиатры не смогли бы определить, что с ним.

Хоакин Феникс взял за основу смеха своего героя неврологическое расстройство, которое вызывает у людей неконтролируемые приступы смеха. Он старался изобразить персонаж, с которым публике будет трудно себя ассоциировать.

Грим Джокеру сделали таким, чтобы он походил на Джона Уэйна Гейси-младшего (1942-1994), американского серийного убийцу 1970-х, который подрабатывал на детских праздниках и вечеринках в образе клоуна по имени Пого.

В целях экономии компьютерная графика в фильме практически не применялась. Одной из немногих сцен с применением компьютерной графики стала та, в которой Артур направляется к зданию лечебницы «Аркхэм», чтобы посмотреть историю болезни матери.

Героиню актрисы Шэрон Вашингтон зовут Дебра Кейн. Фамилию героине дали в честь Боба Кейна (1915-1998), соавтора комиксов о Бэтмене.

Вымышленное жилище Джокера находится по адресу 10452, Андерсон Авеню, 1147, Бронкс, Нью-Йорк.

В сцене убийства в метро Артур стреляет 8 раз из шестизарядного револьвера.

Описание (клик - развернуть/свернуть):
Отель «Эль Рояль» когда-то процветал и собирал лучших гостей: политиков, звезд, миллионеров. Потом он потерял игровую лицензию — и вот теперь стоит, забытый и роскошный, на границе двух штатов - Невады и Калифорнии. Однажды днём перед грозой в сонный пустующий отель один за другим съезжаются мутноватые постояльцы: коммивояжёр, певичка, священник и наглая хиппи. Никто ни с кем не знаком, но пересечения удивительным образом срывают с них невинные маски.

Дрю Годдард, режиссер комедийного слэшера «Хижина в лесу» в этот раз решил попробовать себя в жанре криминального детектива, собрав еще более звездный актерский состав. Получилось стильно, смешно и масштабнее дебюта. Но — с некоторыми оговорками.

Дрю Годдард мастер игры с жанрами. Его дебютная работа «Хижина в лесу» была прямо как та самая хижина: пугающая снаружи, таинственная изнутри и еще более мистическая в сердцевине. Всему этому аккомпанировали комичные персонажи, которые разряжали происходящее — так что даже фарсовая развязка в итоге не казалась такой уж и странной, а, наоборот, приносила удовлетворение. У фильма была только одна проблема — он выглядел несерьезно и, скорее, походил на Б-муви, которым маскировался потенциал режиссера к более массивным проектам. Каким и стал «Ничего хорошего в отеле Эль Рояль». Фильм также отлично скрещивает различные стили, разве что в этот раз на место слэшера пришел детектив, а женские визги сменились философскими диалогами. Правда, местами уж слишком натужными.

«Эль Рояль» начинается в духе «10 негритят» — группа незнакомцев прибывает в заброшенный отель, где со временем начинает что-то происходить. Нет, мистики и хоррора здесь ждать не стоит — лишь криминал да светские беседы, перерастающие в (веселые!) перестрелки. Но это потом — в начале же нас знакомят с постояльцами, среди которых темнокожая певица (Синтиа Эриво), священник (Джефф Бриджес), стервозная хиппи (Дакота Джонсон) и болтливый продавец пылесосов (Джон Хэмм). Вдобавок к гостям есть еще молодой консьерж-героинщик и заложница хиппи, а через пару часов к ним вовсе присоединится лидер религиозной секты (Крис Хемсворт).

В такой компании мы проводим почти два с половиной часа. Конечно, у каждого персонажа есть свои секреты, которые нам, предположительно, нужно выведать. Только вот делать этого не приходится — «Эль Рояль» сам раскрывает карты, так и не давая зрителю разыграть свои догадки.

У стиля Дрю Годдарда есть одна особенность — он очень любит наблюдать за своими героями. Но не как режиссер, а с точки зрения ребенка, который играет с кукольным домиком — управляет судьбами игрушек, заведомо зная, в какой комнате принцесса, а в какой спит дракон.

В начале «Хижины в лесу» у этого домика выявляется второе дно, которое нам не стесняются показывать — причем не намеками, а прямо в лоб. Зритель превращается в одного из тех лабораторных клерков в фильме, которые делают ставки и смотрят на убийства главных героев как на реалити-шоу. В комедийном слэшере примерить такую роль было как минимум весело: ведь где как не в подростковом хорроре предсказывать кого убьют первым или пытаться угадать, с кем переспит тот или иной персонаж — а тут еще и сам фильм потакает нашим желаниям.

В «Эль Рояле» Дрю Годдард снова использует этот прием — выводит зрителя за кулисы, предлагая взглянуть на события со стороны. Только вот в детективном фильме это работает уже не так эффектно — потому что здесь требуется участие.

Как и в «Хижине», в новой ленте снова расставлены прозрачные зеркала, через которые мы наблюдаем за номерами постояльцев и подслушиваем их разговоры («Эль Рояль» оказывается этаким «отелем для извращенцев»). Так в первые же минуты выясняется вся подноготная героев — их цели прибытия в отель и прочие секреты. Из-за этого теряется та самая «магия незнания» — рукава вывернуты, а нам остается только два часа наблюдать за тем, как персонажи медленно вытягивает из них уже известные козыри.

Фильм еще и делится на главы, в каждой размусоливая бэкграунды персонажей, параллельно вплетая их и в без того запутанное повествование. Запутанное не потому, что лента кишит сложными сценарными ходами, а просто «Эль Рояль» слишком мудрит с таймлайнами и подачей своего сюжета. Это не гениальные твисты, напичканные подтекстами, но графоманская попытка выдать филлеры за нечто важное и необходимое.

В «Эль Рояле» все события происходят одновременно, в течении суток. Вот нам показали одну сцену, затем другую, происходящую во время предыдущей, затем третью, и в итоге все сводится к единой вытекающей. Такой формат выглядит нагружено, хотя местами впечатляет — хотя бы тем, как Годдард смог выжать из простенького сюжета отлично сыгранную, нелинейную историю, наполненную таким саспенсом, что его можно потрогать дрожащими руками.

Режиссер взял фабулу «несколько таинственных гостей в замкнутом пространстве» и обособил ее кучей совершенно лишних приемов, будто бы хвастаясь своим мастерством «закрутить там, где это не нужно». Причем сделал это Годдард чисто внешне — сплошной визуальной мишурой, а не, например, диалогами, как в тарантиновской «Омерзительной восьмерке», чьей сценарной остротой можно было бы наслаждаться даже больше трех заданных часов.

Единственная отдушина «Эль Рояля» — периодический экшен, противоречащий всему стилю картины. Когда дело доходит до перестрелок, герои сразу же стреляют — без клишированных разговоров и промедлений. Чего, к сожалению, навалом оставили в других двух часах фильма.

Дрю Годдард бросился в крайность — после лайтового хоррора взялся за весомое кино, в котором перемудрил даже самого себя. Почти два с половиной часа плотно укомплектованы убийствами, внезапностями, музыкальными, саспенсовыми и музыкально-саспенсовыми (и такое есть, да) номерами, актерскими мастер-классами и тому подобными вещами, которые все мы любим. Безусловно, «Эль Рояль» выглядит стильно, тут есть несколько оригинальных шуток, а актеры (даже печально известная после «Оттенков» Дакота Джонсон) отыгрывают бесподобно. Но фильму банально не хватает лаконичности — золотой середины между несерьезностью «Хижины» и тем философским грузом, на который замахнулся «Эль Рояль». Возможно, в своем следующем проекте Годдард ее найдет — а пока есть лишь забавный слэшер и простенькое криминальное кино, которое пытается быть сложным.

Интересные факты:

Прообразом отеля в фильме послужил знаменитый Cal Neva Resort & Casino, которым когда-то владел Фрэнк Синатра (1915-1998).

Надеясь избежать утечек в прессу, режиссёр будущего фильма Дрю Годдард показывал его сценарий только в самых верхних эшелонах кинокомпаний. Он приходил к кинобоссам с планшетом, давал прочесть сценарий на экране и, получив отказ, уходил.